Вчера я сдала большой аудит, такая отрада и освобождение. Я выдохнула и в новом вдохе нашла желание побегать, поэтому я сделала йогу в качестве разминки, обула свои беговые кроссы за 999 рублей, налила водичку и направилась на стадион.
На улице темно: фонари не включают из-за дефицита мощностей. На стадионе тоже интим и приват, работают по одной голове на двух башнях прожекторов и луна. Охранник снова переспрашивает, записывалась ли я, как сломанный телефон повторяет за мной «Томачковская» и вырисовывает полученное в бумажном журнале. Я прохожу через рамки и направляюсь в сторону трибун, наблюдая брызги автополива травы на стадионе — шесть распрыскивателей включаются по очереди с 21:00.
Его я взгляд я ловлю сразу, пытаясь не сворачивать шею, но боковым зрением наблюдаю, как выворачивается его голова под влиянием изгибов бегового круга, беспощадно разводящего нас в разные стороны. «Ну, мужик заметил женщину, а женщина заметила, что её заметил мужик» — типичность происходящего убивает любые намеки на романтику. Скидываю вещи на трибуну, выхожу на уже знакомую линию старта на второй дорожке и начинаю бежать.
Первый круг я замечаю только, когда он подходит к концу, я всю дорогу была занята дыханием, подтягиванием кора и таза. Осознаю, что меня не беспокоят как голеностопы, так и план пробежать больше типичных двух кругов в три подхода. Я говорю себе, посмотрим по самочувствию, успокаивая бушующий мозг, встревоженный вероятностью делать больше. Но мне почему-то невероятно круто бежать. Новая разминка, спортивные носки, купленный неделей раннее беговой топик, который отлично удерживает мою грудь, слегка ветреная прохлада и ощущение выполненного дела из-за сданного проекта — я чувствую себя великолепно. Эта мысль вызывает у меня улыбку. И тут меня обгоняет он. Немного ниже меня, надеюсь его это не парит, — тревожусь я, что буду слишком быстро списана со счетов. Бегун оставляет за собой лёгкий аромат мужского парфюма и сладковатого пота. А мне нравится как он пахнет! — удивлённо думаю я и расплываюсь в улыбке, чувствуя как ещё больше расслабляется моё тело, как будто я парю над беговым треком. Красавчик в белой футболке — хотя я не видела его — резко уходит вправо от воды. Мощная струя распрыскивателя задевает треки, но разворачивается раньше, чем мы пересечемся: на меня попадают лишь лёгкие брызги, которые принёс ветер. Невероятная услада моему уже нагретому от бега телу. Я обнаруживаю себя в переговорах с мыслями, бегущей уже третий круг. Успокаиваю себя, что я обязательно остановлюсь, если станет тяжело. А потом говорю: какая же ты мощная, ну какой восторг, ты посмотри ты на третий круг пошла и как же хорошо, да? Улыбку во все зубы уже невозможно контролировать. Мне потрясающе, я сейчас в этот конкретный момент получаю искреннее удовольствие от бега. Я нахожу эталонное дыхание для себя: длинный вдох и довольно резкий выдох. И бегу в невозможности перестать кайфовать от происходящего, вообще не обращая внимания ни на что вокруг. И в этот момент меня обдаёт водой из распрыскивателя. Я взрываюсь смехом на весь стадион, таким, который сопровождается чувством неподдельной радости. Я хочу сказать «детской», но это эротическая новелла, не отвлекайтесь.
Капли воды смывают едва проступивший пот, стекая по моим рукам и животу. Этот освежающий душ подарил мне ещё больше сил и я уже наворачиваю новый круг. Мне не нужно успокаивать себя: ноги побежали сами. И от этого мне становится ещё веселее, ведь мне прямо сейчас чертовски весело бежать это бег.
У меня проступают мысли, что я killer machine, и ещё какие-то сумасшедшие идеи. Я говорю: ты чувствуешь вообще, какая ты сейчас уверенная и как это круто. Всё встаёт на места — я вспоминаю, что у меня овуляция. Думаю, какая же я всё-таки мощная. Улыбка уже закрепилась на моих губах, я кайфую от себя, своей силы и выносливости. Это ощущение я заметила ещё на йога-размнике, я чувствовала себя великолепно в собаке, тянулась лучше обычного.
Я перепрыгиваю на соседнюю дорожку, напуганная резкими громкими стуками воды по треку. Я пропустила освежающий душ — это как будто немного грустно, но мне слишком хорошо, чтобы как-то расстраиваться. Ноги тащат меня и на пятый круг, я получаю заветные брызги, замечаю блестящие капли на загорелой коже моих плечей. Вдоооооох-выдох. Я чувствую, как немного кружится голова, понимаю, что это хороший маркер усталости. Так я закончу круг, похлопаю себе и перейду на шаг.
Где-то на этих кругах красавчик ещё пробегал мимо, но то ли я была крайне увлечена своим весельем, то ли меня пощадил ветер — его феромоны больше ко мне не проникали.
На самом деле, в моменты самого сильного веселья в моей голове как будто бы вообще нет мыслей, только внимание к ощущениям в теле и опьяняющему чувству радости. Я не думаю, что могла бы добить шестой круг. И не думаю, что нужно побежать за красавчиком, хотя его появление почему-то вызывает во мне приятные чувства. Меня даже не волнует объём работы, который навалится на меня завтра.
Иногда я напеваю песни, иногда разговариваю с собой — но это всё часть какого-то веселья, а не посторонние мысли. Мысли они вообще очень посторонние. Все эти тревоги и страхи, идеи, как что-то может не получиться и как мне не хватит времени или сил. Кто это говорит? Явно не девчонка на стадионе, пребывающая в абсолютном кайфе от себя прямо сейчас.
Я говорила, какая же я крутая и как мне весело в слух — правда, на английском. На нём же я начала громко рассуждать, что нужно выучить редкий язык, который точно никто не знает, чтобы не пускать их оценки и мнения в свой мир. Может придумать свой язык?
Выдумывая слова, я закончила два круга пешком и снова перешла на бег.
Получается, чтобы веселиться, мне нужно перестать думать чужими мыслями? Вообще перестать всё обдумывать и ко всему находить какое-то объяснение, оценку или мнение. Как момент, когда я рассеяла романтику с красавчиком, положив наше взаимодействие в коробочку «патриархальные сценарии».
Кстати, где он?
Оказалось красавчик в белой футболке перекинулся на силовые в углу стадиона. Пробегая мимо, я слышу странные носовые выдохи и прыскаю от смеха — выдохи прекращаются. Надеюсь, я его не застремала, я ведь рассмеялась вообще от наблюдения как такового. Но эти сомнения резко смахиваются общим весельем, новая забавная навязчивая мысль не отпускает меня: я думаю, может надо сказать красавчику, что он вкусно пахнет. Ты вкусно пахнешь — неиронично примеряю я. Даже представляю, как говорю ему это, потому что он снова выбежал на треки впереди меня — ситуация более располагающая. Но он всё ещё там со своими штангами.
Стоило мне оказаться рядом с ним, как я слышу хрипловатый короткий стон на выдохе очередного подхода. Неосознанно для меня мой выдох тоже становится чуть более звучным, и я моментально чувствую волну возбуждения, разносящуюся по моему телу. И красавчик, как будто проживая нарастающее возбуждение вместе со мной, стонет громче. оОХ срывается с моих губ, а напряжение достигает своего пика, ведь скоро изгибы бегового круга снова беспощадно разведут нас. И красавчик словно поймавший мою волну, выдыхает с рёвом, вызывая моё протяжное fuuuuuck, с ощущением трепета от распространяющегося по телу расслабления. И то ли я убежала уже далеко, то ли красавчик тоже затих после такой кульминации.
Сценарии в моих мыслях, однако, не прекращаются — как же я люблю овуляцию. Могу только надеяться, что эта идея, которая смыла мои мысли с беговой дорожки, растворяя их в объятиях стонущего красавчика, появилась, потому что проживала её не только я.
Я понимаю, что хочу исписать дневник событиями этой пробежки, чтобы сохранить их навсегда. А потом понимаю, что у меня есть Курави, а это определённо будет эротическая новелла.
Я начинаю обдумывать детали, я ведь даже не знаю, что делал красавчик. Наверное, нужно у него узнать, что он там качал — представляю, как бегу на месте возле него, расспрашивая о тренировке. А потом выпаливаю, что он вкусно пахнет, краснея, вероятно, совсем незаметно для него, ведь я уже и так вся красная. И всё-таки от этих мыслей чувствую жар, приливший к моим щекам.
Только вот красавчика там уже нет. Я оглядываюсь по сторонам, но его нет нигде, и я даже не понимаю, куда он ушел. Побежал дрочить — заключаю я, растворяя последние нотки сексуального напряжения в воздухе, и начинаю смеяться. И решаю, что в этом воспоминании он будет махать гирей туда-сюда.
Несмотря на то, что красавчик так типично сбежал, оставив меня одну с этим возбуждением, я чувствовала себя как после хорошего ван найт стэнд, такого в котором от найт только звезды на небе и жужжание сверчков, и нет волк оф шейм, потому что ты возвращаешься домой пока еще вчера.
На втором подходе я пробежала четыре круга — всего девять. И поняла, что вот этот навык веселиться очень похож на то, как я шарюсь по улочкам. Я иду без цели и сворачиваю в те проулки, которые меня зовут — будь это покоцанная дорожка или ароматный спортсмен в белой футболке — для этого просто нужно послушать себя. Только вот по-настоящему слушать тяжело, это навык уже давно стал слишком автоматическим, мы его совмещаем с этим непрекращающимся потоком мыслей в голове, которые что-то обдумывают и обмеряют. Но если выбрать фокус своему вниманию, например, приятные ощущения в теле или свой собственный осознанный голос, то можно заметить, как в этом бесконечном потоке появляются паузы абсолютной тишины. И, кажется, именно в них скрывается настоящее ощущение радости.
Продолжение диалога:
Ajahn Brahm's techniques to silence the mind